March 18th, 2010

маска

"Истинный, лучший друг Человека..."

Воть, часто говорят, что Моцарт, сочиняя Реквием, думал о собственной смерти, предчувствуя, так сказать, ее.. И потому, мол, музыка вышла такой вдохновенной и трагической...
Возможно, так оно и было (во всяком случае, по словам Немечека, одного из первых его биографов, Моцарт говорил жене, что "сочиняет Реквием для самого себя").. Но все дело в том, что о смерти Моцарт думал всегда.. Достаточно процитировать известное его письмо отцу (последнее в их переписке, кстати):

"... Поскольку смерть (строго говоря) есть истинная конечная Цель нашей жизни, то я за последние несколько лет так хорошо познакомился с этим истинным, лучшим другом Человека, что в ее образе для меня нет теперь не только ничего пугающего, - но и очень много успокоительного и утешительного! И я благодарю господа моего, что он даровал мне счастие, предоставив возможность (вы понимаете меня) распознать в ней ключ к нашему истинному блаженству.
Всякий раз, ложась спать, я помню, что возможно (как бы Молод я ни был), мне не суждено будет увидеть завтрашний день. И все же ни один человек из всех, кто меня знает, не скажет, что я в общении мрачен или печален..."
/4 апреля 1787/


В сентенциях этих значительна доля утешительности, конечно, поскольку обращены они были к серьезно заболевшему, пожилому уже отцу (через несколько недель, 28 мая 1787 г., Леопольда Моцарта не стало).., но и искренность и выстраданность темы видны тут безусловно в каждой строчке..

Да и в музыке Моцарта тема эта конечно всплывала не раз.., и писались им вовсе не предсмертные, но оттого не менее трагичные и просветленные одновременно вещи, которые и идеями музыкальными явно предвосхищают Реквием..

Вот, например, прекрасное Kyrie ре минор (341/368a), сочиненное то ли в 1780-81, то ли в 1788-89.. Первая часть предполагаемой Мессы:



Collapse )