Stas (sagittario) wrote,
Stas
sagittario

Categories:

Гаэтано Доницетти

Вчера исполнилось 160 лет со дня смерти Доменико Гаэтано Доницетти (29.11.1797 - 8.4.1848).

Умирал он трагически..
Приведу последню главу из книги Донати-Петтени "Гаэтано Доницетти":

"...Париж. Печальная осень 1845 года. Разум маэстро помутился, и его болезнь уже ни для кого не секрет… В течение ноября и декабря светлые минуты чередовались у Доницетти с долгим унынием. Он уже не садился за фортепиано, не бывал в гостях, не занимался трудными делами. Из дома он выходил редко, обычно в сопровождении кого-нибудь из друзей, чтобы недолго погулять по бульвару.., возвращался домой до заката, боясь, что снова начнутся головокружения. И долго сидел в комнате у окна, откинувшись в кресле…


Консилиум самых авторитетных специалистов установил, что Доницетти страдал какой-то болезнью спинного мозга, возникшей в результате переутомления от работы и пришел к выводу, что болезнь прогрессирует.

Заключение врачей было подписано и тотчас же передано в полицию, чтобы там распорядились отправить больного в какую-нибудь лечебницу для душевнобольных. По закону это предписание лишало Доницетти всех прав.

Лечебное заведение, куда решено было отправить Доницетти, находилось в Иври, в нескольких километрах от Парижа. Здание располагалось в парке. В общем, все там выглядело вполне прилично. Доницетти, ставшего еще недоверчивее и молчаливее, чем обычно, и замечавшего какие-то хлопоты вокруг, убедили, что завтра он поедет на родину, в Италию. Он согласился, и его лицо на мгновение озарилось бледной улыбкой радости.

На другой день, утром 1 февраля 1846 года, дорожная коляска, в которой приехал доктор Рикор, остановилась у дома, где жил композитор, и Доницетти с помощью племянника Андреа сел в нее.... Примерно в полдень подъехали к Иври. Лошади, похоже было, воспротивились, встали на дыбы, рванули, раздался какой-то треск, и коляска остановилась. Доницетти недовольно спросил: «Почему не едем дальше?» Ему объяснили, что сломалась коляска, показали сломанный кусок дышла. Он как будто поверил, но неохотно вышел из коляски и с помощью племянника направился к указанной возницей «гостинице». Калитка была открыта. Маэстро пошел по аллее, приблизился к зданию и вошел в него, переступив, таким образом, порог сумасшедшего дома.

Не все одобрили помещение Доницетти в дом для умалишенных в Иври. Если сами врачи утверждали, что речь идет о прогрессивном параличе и наука ничего не может сделать для маэстро, так зачем запрещать ему вернуться на родину и увидеть дорогих друзей, пока он еще в силах узнать их.., ведь он не был буйным помешанным? Зачем унижать этого гениального человека сумасшедшим домом, когда он, благодаря своему богатству и положению, мог бы обойтись и без него? .. Но авторитет этого нового кумира человечества — науки — был уже так велик, что перед ним отступило даже венское правительство, которое тоже готово было оказать помощь композитору.

На другой день после остановки в Иври Доницетти стал спрашивать у племянника и врача: «Почему мы не едем дальше?» Ему стали говорить о дорожных трудностях, о необходимости немного отдохнуть, о том, что на дворе зима в самом разгаре, а весной легче будет путешествовать. Он как будто успокоился, но постоянно с детским упрямством продолжал задавать все тот же вопрос.

Шли дни, и он начинал понимать, где находится... Все кругом говорило об этом... А когда услышал крики какого-то больного, то последняя пелена спала с его глаз, и он устроил племяннику бурную сцену, оскорбил врачей, разбушевался. Врачи уверяли, что у него начался бред. И тогда он опустился в кресло и замкнулся в горестном и упрямом молчании.

Еще 26 мая 1846 года Доницетти написал брату Джузеппе письмо, в котором звучит надежда:
«Дорогой Джузеппе, не беспокойся, мне лучше. Надеюсь.., уехать... вместе с Андреа в Бергамо... сердце... брат Гаэтано».
Внизу страницы были набросаны какие-то ноты. В письмо он вложил цветок, вынув его из петлички своего редингота.

12 июня 1846 года в Иври собрался консилиум врачей, которому предстояло решить, можно ли перевезти Доницетти в Италию. Врачи единодушно пришли к выводу, что если путешествие будет происходить под наблюдением доктора со всеми необходимыми предосторожностями, то серьезных возражений у них нет...

Однако по распоряжению префекта полиции был проведен встречный консилиум, и, "выдающиеся" полицейские эксперты переезду категорически воспротивились, утверждая, что как только больной выедет из Иври, его жизнь сразу же окажется под угрозой и по дороге он скончается. Таким образом, префект Парижа отверг необходимость перевозки больного.

Доницетти в своем несчастном убежище иногда видел друзей. Но добраться до него было трудно. Нужно было получить тысячи различных разрешений, но даже и при их наличии не всегда удавалось встретиться с больным. «Не надо беспокоить его, не надо волновать»,— говорили врачи. И он был осужден на одиночество.
Месяц шел за месяцем. Паралич неумолимо прогрессировал. Настала зима, затем подошла весна, но она не принесла облегчения. Доницетти уже совсем не выходил из комнаты, полулежал в кресле.

Джузеппе Верди, находящийся как раз в это время в Париже, писал:
"Вы спрашиваете о Доницетти, и я сообщу Вам сведения правдивые, хотя и нерадостные. Я до сих пор еще не видел его, потому что мне не советовали делать это, но уверяю Вас, что мне очень хотелось побывать у него и, если представится случай, я непременно сделаю это, но так, чтоб никто не знал об этом.
Внешне он выглядит хорошо, только голова все время опущена на грудь и глаза закрыты; спит и ест хорошо и почти не произносит ни слова, а если и говорит что-нибудь, то невнятно. Когда кто-нибудь подходит к нему, он открывает на мгновение глаза. Если к нему обращаются: „дайте руку", он протягивает, и т. д. По-видимому, разум его еще не совсем угас. Один врач, его близкий друг, говорил мне, что это скорее всего привычные жесты, и лучше было бы, если б он был более подвижным или даже буйно помешанным. Тогда можно было бы надеяться вылечить его; теперь же помочь может только чудо..."

Теперь уже было ясно, что пребывание в клинике не принесло Доницетти никакой пользы, и когда 17 августа 1847 года состоялся новый консилиум, было решено, что Доницетти можно отвезти на родину.
Путешествие прошло без каких-либо инцидентов. Но Доницетти уже не мог испытать радости эмигранта, увидевшего родные места. Было слишком поздно...

О прибытии Доницетти в Бергамо было тотчас же доложено губернатору Милана, который ответил 8 октября: «Прошу вас сообщить мне обо всем, что необходимо для ухода за несчастным маэстро Доницетти и для его лечения, а также систематически сообщать о состоянии его здоровья». И действительно, новый лечащий врач Доницетти каждые две недели посылал правительству отчет, в котором описывались стадии болезни. Во время двух последних консилиумов было констатировано полное отсутствие умственной деятельности композитора, бесполезность любого дальнейшего лечения, неспособность больного управлять своими делами...

8 апреля 1848 года в 5 часов дня Доницетти скончался..."
Tags: you-tube, Доницетти, даты, книжное
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 23 comments